Мы продолжаем рассказывать о наиболее интересных событиях в истории макетирования. И сегодня поговорим о знаменитом «Нащокинском домике».

Авантюрная идея, наполненная смыслом

Однажды Павел Воинович Нащокин – русский меценат и коллекционер, представитель старого дворянского рода – задумал создать уменьшенную копию своего московского дома, где часто бывал его друг, Александр Сергеевич Пушкин. Между прочим, знакомы они были с юных лет: оба обучались в Царском Селе, только будущее солнце русской поэзии – в Лицее, а герой нашего рассказа – в Пансионе при этом благородном учебном заведении. А вот близкая дружба сложилась уже позже ‒ в 1826 году, когда поэт вернулся из ссылки.
Вообще-то жилище Нащокина было местом притяжения людей совершенно разных сословий: хозяин слыл хлебосольным, дружелюбным и гостеприимным человеком, оттого и в доме часто устраивались шумные мероприятия и приёмы.
Из письма Пушкина к жене в Петербург: «Нащокин занят делами, а дом его такая бестолочь и ералаш, что голова кругом идёт. С утра до вечера у него разные народы: игроки, отставные гусары, студенты, стряпчие, цыганы, шпионы, особенно заимодавцы. Всем вольный вход, всем до него нужда; всякий кричит, курит трубку, обедает, поёт, пляшет; угла нет свободного ‒ что делать?»
При всём этом Александр Сергеевич чувствовал себя у Нащокина комфортно: для него была всегда готова комната на втором этаже.

Изготовленный искусными мастерами макет дома являлся его точной уменьшенной копией. Это же относилось и к предметам интерьера. Например, в миниатюрном самоваре можно было кипятить воду, из крошечного пистолета ‒ стрелять, масляную лампу – зажигать, а книги ‒ читать. Вера Александровна, жена Нащокина, даже играла на маленьком рояле с помощью вязальных спиц.
Макетчики позаботились даже о винном погребе: в подвале располагались миниатюрные бутылки с настоящими напитками.

Но вот что примечательно. Домашнюю утварь, а также элементы декора в макете изготавливали те же мастера, что прежде создавали те же предметы в их натуральной величине. Например, «игрушечная» мебель для макета была выполнена в мастерской братьев Гамбс, а фарфоровый сервиз – на заводе Попова. Даже генеральские ботфорты поручили сделать настоящему сапожнику.
Картины, кропотливо написанные художниками, оформлены в золочёные и серебряные рамы, а обеденный стол полностью сервирован – в том числе фужерами, бокалами и столовыми приборами.

На воплощение своей смелой идеи Павел Воинович потратил около сорока тысяч рублей. На эти деньги можно было приобрести настоящий дом! При этом всю свою жизнь меценат и коллекционер жил на съёмных квартирах.

Судьба макета

В конце тридцатых годов XIX века Нащокину пришлось заложить макет дома из-за крупных карточных долгов. К сожалению, выкупить «свой домик» Павел Воинович так и не смог ‒ более полувека раритет провёл в кладовых ростовщиков.

В начале XX века о «Нащокинском домике» вспомнили благодаря коллекционеру и художнику Сергею Александровичу Галяшкину. В 1910 году макет стал экспонатом на выставке в Академии наук как памятник пушкинской эпохи, а позже ‒ частью экспозиции Исторического музея.
В 1937 году миниатюрный дом был передан музею А.С. Пушкина, а в 1941 году ‒ эвакуирован в Ташкент. С 1967 года макет находился в церковном флигеле Екатерининского дворца в городе Пушкине.

В настоящее время «Нащокинский домик» хранится в фонде Всероссийского музея А. С. Пушкина в Санкт-Петербурге ‒ заглянуть в гости к радушному Павлу Воиновичу, а также подробно рассмотреть интерьеры известной московской квартиры может любой желающий. Макет бережно хранит в своих стенах память о целой исторической эпохе и людях, сочинивших её.